В рамках Московского экономического форума выступила Каринэ Геворгян. Информационное агентство «Бизнес Код» участвовало в форуме.
Единство человечества и уроки Саади
Начнем со стихов Саади на персидском языке. Эти строки начертаны над входом в здание ООН, и они имеют прямое отношение к нашему сегодняшнему разговору:
Все племя Адамово — тело одно, Из праха единого сотворено. Коль тела одна только ранена часть, То телу всему в трепетанье упасть. Над горем людским ты не плакал вовек — Так скажет ли люди, что ты человек?
Я считаю, что идея воссоединения народов в нынешних обстоятельствах, когда идет «разбрасывание камней», — это некое донкихотство. Человечество едино, это одна семья, произошедшая от одной пары, и ссорится оно очень страшно, как это бывает в семьях.
Иранский контекст и мировая культура
Сейчас мы видим, как величайшую иранскую цивилизацию, существующую два с половиной тысячелетия, пытаются представить как нечто ужасное, фанатичное и угрожающее миру. Последние 40 лет информация об Иране практически не соответствовала действительности, и положительного в повестке было крайне мало. Мало кто знает, какое огромное влияние иранская цивилизация оказала, например, на китайскую.
Борьба за европейские ценности
В ситуации, в которой мы живем, «мягкая сила» уже не помогает. Иногда даже запреты действуют лучше, ведь запретный плод сладок. Запрет на русскую культуру в Европе происходит на фоне чудовищной трансформации самих европейских цивилизаций. Как говорил Достоевский, мы в России «плачем над священными камнями Европы», в то время как сами европейцы стирают их в пыль. Мы сегодня боремся за европейские ценности хотя бы в культурном плане.
Вопросы культурной политики
Даже во время Великой Отечественной войны никто не отменял немецкую культуру, звучала музыка великих композиторов. Россия именно такая. Но главный вопрос — кто будет заниматься продвижением этого культурного света? Министерство культуры? Пусть оно занимается бухгалтерией. Когда они пытаются заниматься культурной политикой, у меня, как у человека, воспитанного в другой среде, возникают вопросы к мастерству. Сделать «непристойное» художественным крайне трудно, а наше министерство до сих пор увлекается постмодернизмом с его принципом деконструкции.
Опыт «комиссаров» и национальное достоинство
Нам нужны «комиссары» со статусом. У большевиков был такой опыт, и он был эффективным. Я читала дневники художника Александра Бенуа, который не был симпатизантом большевиков, но отмечал, что с их приходом появилась организация и ответственность. В 20-е годы русский авангард стал модой, которая распространилась на весь мир, и мы никому ее не навязывали.
Желание нравиться — это добродетель и уважение к партнеру. Но желание лебезить и показывать свою вторичность — это как раз неуважение. Как говорил Поль Валери: «Если кто-то лижет тебе сапог, скорее придави его каблуком, пока он тебя не укусил». Нам не нужно никому нравиться. Русская цивилизация — это государство-цивилизация, и нам пора это осознать.
