Долгое время труд по уходу за детьми, пожилыми и людьми с инвалидностью оставался невидимым: он выполнялся в основном женщинами, часто бесплатно или за минимальную плату, и не рассматривался как полноценная экономическая деятельность. В 2026 году эта ситуация радикально меняется. Демографические сдвиги, старение населения и рост числа работающих женщин превратили уход в один из самых быстрорастущих и дефицитных секторов занятости в мире. Вопрос уже не в том, нужно ли признавать экономику ухода, а в том, кто будет выполнять эту работу и на каких условиях.
freepik.com
Масштаб сдвига: от невидимости к макроэкономическому императиву
Экономика ухода перестала быть нишевой темой семейной политики. Как отмечают аналитики NABE, пересечение стареющей рабочей силы и роста потребностей в уходе — это «фундаментальный сдвиг глобального рынка труда». Международная организация труда (МОТ) оценивает потенциал создания до 280 миллионов рабочих мест в экономике ухода к 2030 году и 299 миллионов к 2035 году, причём почти четыре пятых из них будут заняты женщинами.
Причины этого роста носят структурный характер. Глобальная нехватка работников по уходу уже сегодня ощущается повсеместно: по данным ManpowerGroup, 77% работодателей в сфере здравоохранения и наук о жизни испытывают трудности с поиском квалифицированных кадров. Всемирная организация здравоохранения прогнозирует дефицит 11 миллионов медицинских работников к 2030 году. При этом потребность в уходе продолжает расти: число людей старше 65 лет увеличивается на 23% ежегодно, а категория 80+ — на 3,67% в год.
Что делает уход «новым сектором»: устойчивость и незаменимость
Ключевое отличие экономики ухода от других секторов занятости — её устойчивость перед лицом технологических и торговых шоков. Исследование Center for Global Development выделяет четыре причины, по которым инвестиции в уход решают одновременно и проблему безработицы, и проблему дефицита кадров.
Уход устойчив к ИИ. Генеративный искусственный интеллект наиболее эффективно замещает задачи, связанные с обработкой данных и информации. Работа по уходу требует физического присутствия, эмоционального контакта и адаптации к индивидуальным потребностям — навыков, которые алгоритмы не могут воспроизвести. Как отмечается в исследовании, «уход за детьми и долгосрочный уход одинаково требуют участия рук, что ограничивает их уязвимость перед автоматизацией».
Уход устойчив к тарифным шокам. В отличие от экспортно-ориентированных отраслей, которые могут пострадать от торговых войн, уход — это локальная услуга. Её невозможно перенести в другую страну или обложить пошлиной.
Уход создаёт возможности для трудовой мобильности. Стареющие общества глобального Севера нуждаются в работниках, которых может предоставить глобальный Юг. По оценкам, одна из трёх работающих женщин-мигрантов в мире занята в сфере ухода.
Уход имеет высокий мультипликативный эффект. Каждый доллар, вложенный в закрытие разрывов в политике по уходу за детьми, может принести $3,76 возврата в мировой ВВП к 2035 году, одновременно повышая уровень занятости женщин более чем на десять процентных пунктов.
Дефицит кадров: почему уход остаётся низкооплачиваемым при высоком спросе
Парадокс экономики ухода заключается в том, что при огромном и растущем спросе на работников эта сфера остаётся одной из самых низкооплачиваемых. Причина — в структурной недооценке труда по уходу. Как отмечает Demos, «основным драйвером стоимости ухода является компенсация работников, которые его предоставляют», но низкие зарплаты не являются неизбежной особенностью этой структуры затрат — они отражают модель, при которой прибыль достигается за счёт подавления оплаты труда.
Исследование Frontiers в области социологии фиксирует системные проблемы: высокая текучесть кадров в долгосрочном уходе связана с низкой оплатой, чрезмерной нагрузкой, длинным рабочим днём и плохими карьерными перспективами. В Англии квазирыночная модель долгосрочного ухода привела к фрагментации рабочей силы по тысячам организаций, что затрудняет коллективные переговоры и профсоюзную деятельность.
В Испании и Латинской Америке Ассоциация предприятий услуг по уходу (AESTE) предупреждает о «структурном дефиците профессионалов», указывая на устаревшие учебные программы и необходимость признания квалификаций, полученных за рубежом. Новые требования к работникам по уходу выходят далеко за рамки традиционных ассистивных задач: востребованы эмоциональные, цифровые, психосоциальные и адаптивные компетенции.
Кто выполняет работу: гендерный и миграционный разлом
Экономика ухода остаётся глубоко гендерно-сегрегированной. Женщины выполняют две трети неоплачиваемой работы в мире, что удерживает 708 миллионов из них вне рынка труда. В сфере ухода за детьми 45% женщин не участвуют в рабочей силе из-за обязанностей по уходу — против 5% мужчин.
Мигранты становятся всё более важной опорой систем ухода в развитых странах. Уже сегодня одна из трёх работающих женщин-мигрантов в мире — работник по уходу. Однако мигранты в сфере ухода часто лишены адекватной трудовой и социальной защиты, сталкиваются с барьерами в признании квалификаций и дискриминацией. Они перепредставлены в менее регулируемых сегментах — домашнем уходе и бытовой работе — и зарабатывают почти на 13% меньше среднего национального уровня.
Технологии: помощник или замена?
ИИ и робототехника рассматриваются как потенциальное решение кадрового кризиса в уходе. Технологии уже применяются для мониторинга, напоминаний о приёме лекарств, доставки еды и даже для ответов на медицинские запросы . Frost & Sullivan выделяет рост спроса на системы обнаружения падений, умные дома для пожилых и AI-носимые устройства, которые могут снизить рутинную нагрузку на персонал .
Однако исследование Frontiers предостерегает от переоценки технологий: плохо спроектированные или неисправные цифровые системы создают дополнительное давление на работников, вынуждая их использовать свои навыки и креативность для преодоления технологических ограничений. Авторы подчёркивают: «Политика в области рабочей силы должна признавать и ценить практические, адаптивные и проблемно-ориентированные навыки работников по уходу, а не фокусироваться исключительно на дополнительном цифровом обучении».
ManpowerGroup добавляет важный нюанс: этическое суждение, ориентация на пациента и коммуникативные навыки относятся к наиболее сложно автоматизируемым компетенциям, и именно они особенно важны в сестринских профессиях .
Пути решения: от профессиональной подготовки до мобильности
Эксперты сходятся в том, что решить кризис ухода можно только через комплексный подход.
Профессионализация. МОТ рекомендует три стратегии: поддержка работников с обязанностями по уходу (оплачиваемый отпуск, гибкий график, детские сады на месте), развитие инфраструктуры ухода (ясли, долгосрочные учреждения, использование трудоёмких методов с приоритетом местной занятости) и включение ухода в программы государственных инвестиций с профессиональной подготовкой ранее неоплачиваемых или неформальных ролей.
Мобильность рабочей силы. AESTE призывает к созданию рамок, облегчающих трудовую мобильность из Латинской Америки в Испанию, с признанием квалификаций и гарантиями юридической безопасности для работников и предприятий . МОТ подчёркивает необходимость справедливого найма мигрантов и защиты их прав.
Расширение прав работников. Demos утверждает, что «хорошие рабочие места в сфере ухода — это основа хорошей экономики ухода». Инвестиции в уход должны сопровождаться политикой, расширяющей трудовые права, устанавливающей отраслевые стандарты и обеспечивающей коллективный голос работников.
Заключение
Экономика ухода в 2026 году — это уже не «семейный вопрос», а макроэкономический императив. Она решает одновременно две проблемы: дефицит рабочих мест в мире, где 1,2 миллиарда молодых людей выйдут на рынок труда в ближайшее десятилетие, и дефицит работников в сфере, от которой зависит само воспроизводство общества.
Но превращение ухода в полноценный сектор занятости требует не просто создания рабочих мест, а создания хороших рабочих мест. Без достойной оплаты, социальной защиты, признания квалификаций и коллективного голоса работников кадровый кризис будет лишь углубляться. Как формулирует МОТ, «инвестиции в инфраструктуру должны не только строить дороги и мосты; они могут строить светлое будущее через достойные рабочие места». Вопрос 2026 года не в том, будет ли экономика ухода расти. Он растёт. Вопрос в том, какой она будет — сектором эксплуатации или сектором достойного труда.
