Аналитика, В мире
АналитикаВ мире Политика
6 минут
ВКонтакте Одноклассники Telegram

3 ноября 2026 года в США прошли промежуточные выборы, которые уже назвали «референдумом по второму сроку Трампа». На кону — все 435 мест в Палате представителей и 35 мест в Сенате. Однако для остального мира гораздо важнее не то, кто победит в Конгрессе, а то, как Вашингтон будет вести себя на международной арене после того, как внутренние ограничения для Трампа либо усилятся, либо ослабнут. И здесь ключевой вопрос звучит так: сделает ли ослабленный внутренне президент внешнюю политику более агрессивной или более сговорчивой?

Промежуточные выборы в США: «референдум по Трампу» и его последствия для мира freepik.com

Расстановка сил: что предсказывают опросы

Согласно прогнозам, демократы имеют высокие шансы вернуть контроль над Палатой представителей. Для большинства им необходимо получить 218 мест, и аналитики сходятся во мнении, что это произойдёт с преимуществом в 5–20 кресел . Борьба за Сенат значительно tighter: республиканцы обладают хрупким большинством 53–47, и демократам нужно перевернуть как минимум два штата, которые Трамп выиграл с двузначным отрывом в 2024 году . Семь «toss-up» штатов — Мичиган, Мэн, Огайо, Айова, Канзас, Техас и Аляска — определят исход. Опрос New York Times перед выборами показывал небольшое преимущество демократов в шести из них, но разрывы находятся в пределах погрешности . Если Сенат разделится 50 на 50, решающий голос вице-президента Вэнса оставит контроль за республиканцами .

Рейтинг одобрения Трампа перед выборами упал до 31–32% . Главной проблемой для республиканцев стала «affordability» — рост стоимости жизни, который, по данным опросов, беспокоит около 78% избирателей. Это классический сценарий «промежуточного наказания» правящей партии, и он усиливается крайне низкой личной популярностью президента.

Украина: «хромая утка» ищет внешнеполитическое наследие

Наиболее тревожный сигнал для Киева и Брюсселя исходит из логики поведения президента, теряющего контроль над внутренней повесткой. Эксперт Американского института предпринимательства Зак Купер, имеющий связи с Республиканской партией, сформулировал это так: «Традиционно администрация «хромой утки» делает то, что может, на международной арене, потому что внутри страны она уже мало что может сделать» . Проблема в том, что именно Трамп может попытаться сделать на мировой сцене, если его внутренние возможности сузятся.

Купер прямо предупреждает: первым делом Трамп будет искать виноватого, и «есть риск, что он обвинит Зеленского», особенно на фоне высоких цен на топливо в США . Более того, ослабленный внутренне президент может сосредоточиться на «сделках с Россией и, возможно, Северной Кореей» в стремлении получить Нобелевскую премию мира — действия, которые будут «не просто нетрадиционными, но далёкими от обещаний «Америка прежде всего» . Это создаёт риск того, что Украина станет разменной монетой в сделке, продиктованной не стратегическими интересами, а личными амбициями и внутренней слабостью.

Европа и НАТО: страх стать «козлом отпущения»

Европейские союзники готовятся к худшему сценарию. По данным Politico, пять натовских дипломатов сообщили, что в Брюсселе и столицах ЕС опасаются: если республиканцы проиграют выборы, Трамп может «отыграться» на НАТО . Логика та же, что и с Украиной: президент, потерявший контроль над Конгрессом, может компенсировать внутреннюю слабость демонстративной жёсткостью во внешней политике — или, наоборот, резким сокращением обязательств.

Конкретная угроза связана с предстоящим завершением обзора численности американских войск в Европе, результаты которого ожидаются в декабре. Дипломаты опасаются, что в случае поражения республиканцев Трамп может расширить планируемое сокращение военного присутствия, чтобы удовлетворить свой электорат . Бывший чиновник НАТО Оана Лунгеску предупредила, что вопросы численности войск, Украины и европейской безопасности могут быть объединены Трампом в «более широкую сделку с Путиным», что создаст «очень опасную ситуацию» для Европы .

Однако здесь есть и институциональный ограничитель. Если демократы получат контроль хотя бы над одной палатой, они смогут через бюджетный процесс и законопроекты ограничить способность президента менять военную дислокацию. Американское законодательство устанавливает нижний предел в 76 тысяч военнослужащих в Европе, и хотя Трамп ранее игнорировал некоторые конгрессиональные ограничения, сам факт необходимости преодолевать законодательные барьеры может замедлить или смягчить решения .

Торговля, ИИ и глобальная экономика

Помимо безопасности, выборы определят экономический климат. Если демократы возьмут Конгресс, они получат полномочия усиливать надзор за тарифной политикой Трампа и за инвестициями в искусственный интеллект . Это может привести к более строгому регулированию AI-компаний, что уже становится чувствительной темой в США из-за энергопотребления и роста цен на электричество .

Для мировых рынков ключевой риск — не столько смена курса, сколько паралич. Разделённый Конгресс означает более сложные переговоры по бюджету и потолку долга, что может усилить волатильность и оказать давление на доллар . Однако фундаментальная проблема — огромный дефицит и долг США — не будет решена ни при каком исходе выборов .

Заключение

Промежуточные выборы 2026 года — это не столько «референдум по Трампу» в чистом виде, сколько референдум по вопросу о том, насколько далеко может зайти президент, действуя в одиночку. Если демократы берут Палату представителей (а возможно, и Сенат), внутренняя политика Белого дома окажется в тупике. Историческая закономерность подсказывает, что в таких условиях президенты активизируют внешнеполитическую деятельность — либо для создания наследия, либо для поиска внешнего врага, на которого можно свалить внутренние проблемы.

Для Украины и Европы это означает период повышенной неопределённости. Сделка по дизелю с Россией, заключённая Трампом в октябре, показала, что он готов размывать санкционную архитектуру ради тактических выгод. Ослабленный внутренне, он может пойти дальше — к сделкам, которые отвечают его личным представлениям о «победе», а не стратегическим интересам союзников. Вопрос 2026 года не в том, потеряет ли Трамп контроль над Конгрессом. Вопрос в том, что он будет делать с той свободой рук, которая у него останется на мировой арене.