Русский ноябрь: что мы всё-таки празднуем 4 и 7 ноября

Русский ноябрь: что мы всё-таки празднуем 4 и 7 ноября

Инициативу учредить 4 ноября День народного единства выдвинул Межрелигиозный Совет России в сентябре 2004 года. Её поддержали патриарх Московский и Всея Руси Алексий II, а затем партия "Единая Россия".

Русский ноябрь: что мы всё-таки празднуем 4 и 7 ноября
04.11.2023, ИА "Бизнес Код".  

Инициативу учредить 4 ноября День народного единства выдвинул в сентябре 2004 года Межрелигиозный Совет России Её поддержали патриарх Московский и Всея Руси Алексий II, а потом и партия «Единая Россия».


В пояснении к проекту закона о празднике написано: «4 ноября 1612 г. воины народного ополчения под предводительством Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского штурмом взяли Китай-город, освободив Москву от польских интервентов и продемонстрировав образец героизма и сплочённости всего народа вне зависимости от происхождения, вероисповедания и положения в обществе».


А ещё 4 ноября Русская Православная церковь отмечает день Казанской иконы во имя Божьей Матери.


К сожалению, если с Казанской Богоматерью всё понятно, то три вышеприведённых высказывания, включая официальную формулировку, страдают некоторыми неточностями.


Давайте разбираться.


Хронология как она есть:


Напомним пунктирно хронологию тех событий, о которых сейчас идёт речь – заодно переведя их в новый стиль.


24 июля (3 августа по новому стилю) – передовые силы Второго Ополчения выходят к Москве.


20 (30) августа – главные силы князя Пожарского у Москвы.


22-24 августа (1-3 сентября) – сражение и победа над корпусом Ходкевича.


22 октября (1 ноября) – захват Китай-города.


26 октября (5 ноября) – договор о капитуляции польско-литовского гарнизона Кремля.


27 октября (6 ноября) – выход гарнизона.


1 (11) ноября – вступление земской армии в Кремль.


На этой шкале хронологии выделяются две ключевые точки. Первая: 24 августа (3 сентября) – разгром корпуса Ходкевича, без которого вся остальная история могла повернуться несколько иначе. Штурм мощнейший укреплений Москвы, который обороняет сытый и обеспеченный боеприпасом гарнизон, Второму ополчению мог оказаться не по зубам.


Вторая точка: 1 (11) ноября – вступление в Кремль, сердце земли Русской, где находится все Приказы, царские регалии, Успенский собор – главный собор страны.


Что же происходило 4 ноября? Ровным счётом ничего. Читайте любые источники: русские, польские – любые. Жирным курсивом: 4 ноября, т.е., 25 октября по Юлианскому календарю, в Москве не случилось ничего значимого.


Ну, разве что на следующий день, 5 ноября (по новому стилю), гарнизон интервентов в Кремле подписал капитуляцию. Но фактическое воплощение эта капитуляция обрела 11 ноября (по тому же новому стилю), когда Кремль был занят нашими войсками.


Так почему и откуда взялась такая странная и неочевидная дата – 4 ноября?


Всё просто: это современный праздник иконы Божьей Матери Казанской – именно 4 ноября Русская Православная церковь его празднует. И учреждён он был 29 сентября 1649 года окружной грамотой царя Алексея Михайловича как день повсеместного почитания Казанской иконы.


Князя Дмитрия Пожарского сопровождала Казанская икона Богоматери в его триумфальном походе на Москву. Через одиннадцать лет после взятия столицы он рассказал об обете, якобы данном 22 октября 1612 года: посвятить Богородице новый храм в Москве, если его предприятие окончится успехом. И в 1636 году храм был построен и освящён.


Но как же обстоят дела с внутренним наполнением праздника?


И даже важнее того, что в конкретный день 4 ноября мы празднуем Событие, Которого Не Было. В конце концов, празднуем же ровно с тем же отсутствием формальных оснований День защитника Отечества 23 февраля – и ничего, всем понятный смысл аннулирует бюрократические неловкости.


Итак, взятие Китай-города или Кремля, в какой бы день оно ни случилось, – оно несёт в себе официально приписанное празднику содержание? Давайте смотреть, что нам говорит про это наука история.


Первое. Досадно, но ни сам факт сбора Второго ополчения, ни даже его блестящая победа под Москвой не означали не только межэтнического единения страны, но и даже собственно великорусского единения перед лицом интервентов. Объективный интерес народа (всех народов России) в консолидации и национальном освобождении – да, его отражало именно прогрессивное движение Минина и Пожарского.


Но! Между наличием объективных интересов и их всеобщим осознанием лежит пропасть!


Давайте поглядим на «единение», которое на деле царило в стране в тяжелейшие месяцы 1611-1612 годов.


Казань и Астрахань Второе ополчение не поддержали. В войске Пожарского было не более двадцати татарских служилых мурз. Всё нижнее Поволжье освободительной борьбы не поддержало. Рязанская земля приняла раскольника Первого ополчения Ивана Мартыновича Заруцкого. Более того, Заруцкий отказался признавать даже решение Земского собора 1613 года, что результировалось мощнейшим восстанием, которое удалось подавить только в 1614 году.


Служилые люди из оккупированного шведами Новгорода вовсе не стремились массово примкнуть к земской армии, хотя имели для этого все возможности – граница интервентами

никак не контролировалась.


Второе. Собственно Смута в 1612 году не закончилась. Ни 4 ноября, ни 5 ноября, ни даже в 1613 году, после восстановления царского престола. Россия продолжала тяжелейшую войну со Швецией и Речью Посполитой. Только крайне невыгодный Столбовской мир 1617 года устранил угрозу с Севера (заодно лишив Россию выхода к Балтийским волнам на целый век). Деулинское перемирие 1618 года прекратило войну с Польшей (оставив в лапах интервентов Смоленск).


Третье. Опять про национальности и их единение. Мы обычно принимаем крайне упрощённую формулу «польские захватчики». Но это перенесение крайне враждебных отношений Польши и России в будущие времена на куда более ранний период. В числе интервентов выходцев из Польши было не так много.


Если с наёмниками из Германии, Франции, Чехии вопросов не возникает – это были обычные «псы войны», хищники, сражавшиеся за деньги и ради грабежа (чем и занимались). Но нельзя забывать о тех людях, которые являлись выходцами из земель Великого княжества Литовского. Многие из них принадлежали к русскому этносу и даже были православными.


Так что теперь – ничего сегодня вообще не праздновать?


Нет, это глупо. Во-первых, глупо отказываться от выходного. Во-вторых, содержание в этом празднике на самом деле есть. Особенно – если рассматривать его в паре с другим праздником, расположившемся в календаре по соседству.


Тем более, что совершенно очевидно: при учреждении праздника 4 ноября явно имелась в виду и соседняя дата.


Эта дата – 7 ноября, День Октябрьской революции. Праздник, поначалу, при Ельцине ещё, кустарно переименованный в «день примирения и согласия», а в 2004-м – просто заменённый Днём народного единства. И понятно, что мыслилось 4 ноября как идеологическая альтернатива. Чтобы, значит, искоренить "заразу Красного Октября" из нашей истории навсегда. Ради такого дела – кто ж будет заморачиваться с точностью датировок и обоснований? Главное – чтоб «вместо» и примерно в те дни, в которые народ привык к шествиям и застольям. Авось не заметят.


Да, действительно, содержание 4 ноября от такой «приблизительности» до сих пор остаётся не понятым широкими народными массами. Да и актуальное содержание 7 ноября, между нами говоря – тоже.


…На самом деле мудрая и ироничная русская история опять посмеялась над своими переписчиками-ниспровергателями. Две ноябрьских даты (то есть октябрьских, если по старому стилю) она не зря разместила настолько рядышком. Ну вот буквально пальцем показывает.


Оба этих ноябрьских дня — есть контрапункты двух русских Смут. Да, ни освобождение Кремля в 1612-м, ни низложение «белого» Временного правительства в 1917-м Смуту не исчерпали. Но и ополченцы Минина и Пожарского, и красногвардейцы Ленина сделали в эти дни одно и то же важное дело: привели в исполнение приговор русской истории в отношении самого источника Смуты.


Причём, по странному совпадению, источник Смуты всё время кроется не в «роковом стечении обстоятельств», не в «русском бунте, бессмысленном и беспощадном» и не в «коварных происках заграничных недругов», а в банальном и логичном предательстве политического класса.


Банальном — потому что не впервой, логичном — потому что никакого другого политического алгоритма, кроме национального предательства, тяга к клановой выгоде и «общечеловеческим ценностям» не предполагает, будь то «семибоярщина» XVII века, будь то национальная олигархия на пару с аристократией и генералитетом ХХ века.


А из национального предательства политического класса со всей неизбежностью следует демонтаж российского государства, Смута, национальная катастрофа. В этом пейзаже русское общество чувствует себя крайне неуютно — и приводит приговор в исполнение любыми подручными средствами.


В конечном итоге и ополченцы Минина и Пожарского, и большевики Ленина оба раза спасли на краю (а то и за краем) пропасти и впоследствии восстановили русское государство краше прежнего — независимо от каких бы то ни было первоначальных намерений и деклараций. Россия первых Романовых методично собрала русские земли и вышла на имперскую орбиту. А порождённая большевиками и обогащённая инновационными социальными моделями Красная империя выдвинулась в мировые лидеры и до сих пор остаётся вершиной нашей цивилизации.


То есть — до следующего взлёта.


Потому что такова воля русской истории — воля к живучести, самоценности и суверенитету российской цивилизации и её государства, воля к исполнению исторической миссии, на них возложенной. И против этой воли не попрёшь. И это второй актуальный урок одного ноября, разнесённого по времени на 300 лет.


По публикациям портала История.рф

Комментарии (0)

Остальные новости

Работников предприятий и организаций защитят новыми гарантиями

Работников предприятий и организаций защитят новыми гарантиями

Авторская аналитика

Лента новостей

«Москвич» будут собирать по технологии полного цикла

Конгрессмен провел соцопрос по ликвидации ФРС

Рынок майнинга в России может вырасти до 40% по итогам 2024 года

Зеленский допустил вероятность потери Харькова